-- КРЫМСКИЙ ПОРТАЛ ЧЕРНОБЫЛЬЦЕВ - ЧЕРНОБЫЛЬСКИЙ СПАС --

В преддверии Дня подводника «Комсомолка» встретилась с бывшим командиром К-19 и узнала, какой ценой в 1961 году ее бойцам удалось спасти планету

Они оказались в плену у атомной подводной лодки с «кипящим» ядерным реактором. Связь с «большой землей» не работала, радиация захватывала отсек за отсеком. Сколько времени есть, чтобы принять решение – час? Два? Приборы зашкаливают, и неясно: «рванет» сейчас или немного позже…

Но они успели. Экипаж первого в Советском Союзе атомного ракетоносца К-19 сумел не допустить ядерного взрыва, который отравил бы все находящиеся на севере моря и прибрежные государства. Имена героев, погибших в результате той страшной аварии, высечены на одной из плит в Никольском морском соборе Петербурга. А случилось всё 4 июля 1961 года. В разгар Холодной войны.

«Куда ты денешься с подводной лодки»

Несмотря на то, что разменял девятый десяток, капитан первого ранга в отставке Владимир Ваганов, который в то время был старшим помощником командира АПЛ К-19, отчетливо помнит каждую минуту борьбы с разбушевавшимся реактором. Аварию на его подлодке он сравнивает с событиями на японской «Фукусиме», произошедшими спустя полвека.

- Японцы тогда не справились. А у нас не было выбора. Куда ты денешься с подводной лодки? - с грустной улыбкой вспоминает Владимир Александрович.


В тот день, рассказывает он, ничего не предвещало трагедии. К-19 находилась на учениях у берегов Атлантики. Экипаж был в прекрасном настроении, все шутили, болтали о том, о сем, как вдруг в 4 часа утра на весь отсек прогремело: «Радиационная опасность! Зона строгого режима – реакторный отсек!»

- Авария случилась в правом реакторе. Он, можно сказать, закипел, и пять тонн радиоактивной воды, испаряясь, стало проникать внутрь подводной лодки, - объясняет отставной моряк. – А зона отчуждения у нас составляла не десятки километров, как на «Фукусиме», а десятки метров. Нужно было срочно принимать решение.

Единственным выходом было охладить взбунтовавшийся реактор. Но как, если система неисправна? Более того – из-за проблем с передатчиком стало невозможно подать сигнал бедствия на дальнее расстояние. И тогда на помощь пришла старая добрая смекалка: молодой лейтенант Юрий Филин предложил сделать нештатную систему охлаждения.

- Монтировали эту систему из труб. Пришлось срезать с реактора верхний клапан, который стравливал воздух, и приварить эту самодельную установку, которая позволяла брать для охлаждения питьевую воду, - вспоминает Владимир Ваганов. – Мы не знали, сколько у нас времени: когда приборы зашкаливают, сложно сказать, что будет дальше. Но к 10.00 часам реактор удалось унять. Температура была под контролем.


«Испугались мы потом»

И вроде бы хэппи-энд, взрыва не последовало, планета спасена… Но все 114 членов экипажа получили огромную дозу радиации. Те, кто входили в «первый бросок», как называют шестерых добровольцев, которые монтировали систему охлаждения, в тот же день слегли и уже не могли подняться.

- Они лежали, говорить не могли, - тяжело вздыхает Владимир Ваганов. – Позже, когда подошла помощь, их сразу на носилки и в Москву. В течение нескольких дней все они умерли. В общей сложности за месяц погибли около 10 человек.

Те, кому посчастливилось выжить, еще долго восстанавливались и боролись с болезнями. Некоторые, не желая, чтобы их «списали», предпочитали не афишировать свое состояние. После трагедии командир АПЛ К-19 Николай Затеев ушел на повышение, а Владимир Ваганов занял его место.

- Страшно ли было? Испугались мы потом, когда поняли, чего удалось избежать, - делится он. – Ведь как потом подсчитали скандинавские журналисты, случись взрыв, он бы зацепил все северные моря и прилегающие к ним государства. Более того, у нас на борту было три ракеты: две термоядерных и одна учебная. Если бы такая взорвалась, скажем, над Нью-Йорком, пять миллионов человек погибли бы сразу, а еще 4 – потом, в результате пожаров.


Чья вина?

Из-за чего случилась авария, по словам Владимира Ваганова, сказать сложно. Это ведь была первая в своем роде подводная лодка, и скорее всего, не все особенности конструкции были учтены.

- Может, сварка плохая. Тогда же жуткая обстановка была – строили в бешеном темпе, - объясняет отставной капитан первого ранга. – Кто виновен, что какая-то трубка не выдержала и натворила столько бед?

Авария на К-19 потом разбиралась на политбюро. За экипажем вины не было. Как рассказывает Владимир Ваганов, наказали тех, кто строил лодку, однако что именно с ними произошло, он не знает.

Систему охлаждения, которую экстренно смастерили героические подводники, впоследствии доработали, сделали штатной и устанавливали на всех субмаринах такого типа. Инженера-механика наградили.


Будет музеем

Подвиг подводной лодки К-19 нашел отражение в одноименной голливудской картине режиссера Кэтрин Бигелоу. Премьера состоялась в 2002 году в Мариинском театре.

- Ну что я скажу? Фильм этот не документальный, а художественный. Режиссеру же надо создать интригу. На самом деле, никаких противостояний, которые показаны в кино, не было. А вот эпизод борьбы с реактором отражен правдиво, - говорит экс-командир К-19 Владимир Ваганов.

Около пяти лет назад легендарную лодку решено было демонтировать. Но полностью на металлолом она не уйдет. Бизнесмен Владимир Романов, которому уже в более поздние годы довелось служить коком на этом судне, предложил сохранить боевую рубку АПЛ К-19 и сделать ее музейным экспонатом. Все расходы, говорит Владимир Ваганов, предприниматель готов взять на себя. Сейчас кабина подлодки находится в Москве.

АЛИНА ЧЕМЕРИС https://www.spb.kp.ru/daily/27106.4/4180376/

Если Вам понравилась новость поделитесь с друзьями :

html-cсылка на публикацию
BB-cсылка на публикацию
Прямая ссылка на публикацию

• Share this on Facebook
• Tweet This!
• Add this to Google Bookmarks
• Add this to Yandex.Bookmarks
• Blog this on Blogger